Медицинский работник как субъект преступления указан также в ст. 212 части четвертой УК РМ следующего содержания: «Заражение другого лица заболеванием СПИД вследствие невыполнения или ненадлежащего выполнения медицинским работником своих профессиональных обязанностей». В этом отношении характерен следующий пример: Комитет Красного Креста Канады официально признал себя виновным в заражении тысяч канадцев ВИЧ-инфекцией и вирусом гепатита С. Глава организации Пьер Дюплесси заявил, что он несет прямую ответственность за массовое распространение в
80-е годы прошлого века непроверенной донорской крови. Эти действия не были умышленными – они объяснялись, прежде всего, неквалифицированностью медицинского персонала. Переливания инфицированной крови привели к заражению более тысячи человек ВИЧ-инфекцией и около 20 тысяч гепатитом С. Более 3 тысяч больных скончались. Признание вины стало результатом сделки с прокуратурой после многолетних переговоров. В противном случае Канадскому Красному Кресту грозило обвинение в преступной халатности. Теперь, после своего рода «мирового соглашения», Красный Крест будет оштрафован на символическую сумму, а также передаст полтора миллиона канадских долларов на медицинские исследования и стипендии [8]. Врач, как субъект преступления незаконного производства аборта, указан также
 в ст. 86 УК Аргентины, ст. 121 УК Швейцарии, ст. 214 УК Японии. Все это убеждает нас в правильности названия преступлений, совершаемых врачами и другими медицинскими работниками, как врачебных преступлений и необходимости их выделения в отдельную группу преступлений против жизни и здоровья пациентов. К ним относятся: – неоказание помощи больному (ст. 162 УК РМ); – незаконное осуществление хирургической стерилизации (ст. 160 УК РМ); – осуществление искусственного оплодотворения или имплантации эмбриона без согласия пациента (ст. 161 УК РМ); – ст. 212 – заражение заболеванием СПИД, часть IV; – нарушение по халатности правил и методов оказания медицинской помощи (ст. 213 УК РМ).