«Кулагер» – это преподнесенная в стихотворной форме повесть о великом казахском певце Ахане-сере, печальный рассказ о гибели его любимого коня Кулагера. Он был убит во время байги по велению злого завистника, понимавшего, что его рысак по кличке Серый Ястреб никогда не обойдет известного во всей степи огненного скакуна Кулагера. Поэма эта – одно из выдающихся произведений казахской литературы, где судьба поэта и певца Ахана перекликается с судьбой самого Ильяса Джансугурова, равно как и целого поколения казахской интеллигенции, подвергшегося репрессиям 30-х годов прошлого века. Лебединой песней Ильяса, предсмертным криком его души, предостережением на все грядущие времена назвала это творение дочь поэта Ильфа Ильясовна Джансугурова­Джандосова. В подтверждение слов ее высказывается в предисловии издатель книги – поэт и публицист Бахытжан Канапьянов. «Эта передовая часть общества, – пишет он, – в буквальном смысле взяла на себя весь груз ответственности за будущее своего народа в разных сферах человеческого бытия – общественно­политической, социальнокультурной и научно-образовательной. С горечью констатирую, что всех их ожидал репрессивный исход, независимо от того, на каком берегу революционного водораздела они находились» .
Именно с репрессиями связана история, записанная мной на пленку во время одной из наших встреч с Ильфой Ильясовной. «Когда весной 1957 года, – рассказывала она, – мы получили справку о реабилитации отца, мне было 22 года. И я хорошо помню, как в какойто из дней мама вместе с Мухтаром Ауэзовым и поэтом Гали Ормановым, сидя в комнате, готовила к печати первый посмертный, после только что полученной реабилитации отца однотомник его стихов. Работа была в полном разгаре, когда в доме появился очень уважаемый и любимый всеми человек. Это был замечательный детский писатель Сапаргали Бегалин. Едва переступив порог, он протянул маме какойто сверток. Оказывается, то был свиток из 16 номеров газеты «Социалистик Казахстан» за 1937 год с напечатанным в них «Кулагером» . Рассказывающая о драматической судьбе известного в народе композитора и певца Ахана-сере, поэма эта имела невероятный успех у читателей. Каждый день задолго до открытия киосков приходили они и становились в очередь за новой ее главой. Вместе со всеми ждал с нетерпением следующего выпуска и Сапаргали Бегалин. Вообщето, после газетной публикации «Кулагер» должен был появиться в книжном варианте, но этого не произошло. Поэма еще продолжала выходить, а Ильяс уже был арестован, затем осужден и расстрелян, все рукописи и книги его изъяты, а выпуски газет с «Кулагером» повсеместно уничтожены. Казалось, текст его был утрачен навсегда, но вот по прошествии двадцати лет он выплыл буквально из небытия. И все благодаря тому, что аккуратный и предусмотрительный Сапаргали складывал один к одному драгоценные номера, а узнав о том, что Ильяса забрали, спрятал их в трех невинных, крестиком расшитых думочках-подушках, к которым никому не разрешал притрагиваться. Они были как бы украшением стоящего в его кабинете дивана, и лишь изредка их вытаскивали на улицу для просушки. Если дети, играя, забегали к нему и в пылу сражения пытались ими обороняться, он очень сердился. Не подпускал к ним никого из родных, дабы в случае чего их не обвинили в причастности к его тайне. Однако про это мы узнали потом, а тогда мама была буквально потрясена. Этой газетной подборки «Кулагера» у нее не было. Чудом сохранилось строчек сто от первого варианта, но то была капля в море. А тут благодаря дяде Сапаргали все предстало в законченном виде и целиком. Естественно, чудом спасенный «Кулагер» был тут же включен в сборник» .
Вот такой сюжет – не придуманный кемто, а из самой жизни – имеет в своем активе история нашей казахской литературы, казахской культуры. Очень коротко пересказан он Ильфой Ильясовной и в ее небольшом, лаконичном послесловии к сегодняшней книге с благодарностью профессору филологии Берику Джилкибаеву за его прекрасный перевод «Кулагера» .