Музыка глазуновской симфонии, отразившая впечатления от летних месяцев, проведенных в литовском курортном городке Друскининкай, носит светлый пасторальный характер. В двух последних ее частях использованы слышанные здесь композитором польские народные песни, польский колорит ощущается и в «мазурочной» теме побочной партии из первого Allegro. Тем самым симфония в известном смысле продолжает линию «кучкистских» произведений на темы западно- и южнославянских народов («Чешская увертюра» Балакирева, «Сербская фантазия» Римского-Корсакова). Может быть, именно этим была внушена мысль назвать ее «славянской», от которой, однако, Глазунов затем отказался.