Современники, а вслед за ними и потомки, видели в Нероне не столько исторического деятеля, сколько необычную личность — чаще всего преступную. 

Этот образ сразу же утвердился у римских историков — у Тацита, Светония, Плиния Старшего: первый назвал Нерона «чудовищем» (Анналы. XIV, 11), третий «врагом рода человеческого» (Естественная история. VII, 6, 2), а второй характеризовал словами «наглость, похоть, распущенность, скупость, жестокость» (Жизнеописание двенадцати цезарей. Нерон. 26). Традиция была тут же продолжена ранними христианами: апокалиптический зверь из бездны отмечен у св. Иоанна числом 666, представляющим собой сумму цифровых обозначений тех букв, что образуют в древнееврейской транскрипции имя «Нерон» . Позднейшие христианские авторы живо обсуждали, является ли Нерон антихристом (Коммодиан, Сульпиций Север) или только его провозвестником (Лактанций, блаженный Августин ). Традиция сохранилась и в средние века: папа Пасхалий II (1099-1118) снес родовую усыпальницу Домициев, так как народ был убежден, что окружающие ее деревья служат приютом воронам, несущим в себе частицы души Нерона.