Способствовали разделению и особенности формирования княжеского, боярского, церковного землевладения – более развитого на Юге и менее – в Новгородской земле. Возникают крупные удельные центры – великие княжества Полоцкое, Владимирское. Галицко-Волынское, Тверское, Черниговское, а также Новгородское и Псковское государства. Княжеские усобицы и набеги кочевников вызвали миграции населения из Киевской, Волынской и других южных земель на более безопасный северо-восток, в Ростово-Суздальские края – в «залесье». Переселенцы ассимилировали местное угро-финское население, основывали новые города с названиями, указывающими на их происхождение – Владимир, Переславль, Галич. Титул великого князя киевского оставался номинальным, реально могущественными государствами становились Галицко-Волынское и Владимирское княжества, Новгородская республика и другие. Некоторые из этих государств стали центрами высокой культуры, где возникли собственное придворное летописание, литература, архитектура, на мировом уровне развивались ремесла, активно распространялась грамотность среди населения. Интеллектуалы того времени, продолжали воспринимать разрозненные княжества как единую «русскую землю» и призывали князей к единству.

Развитие этих государств было нарушено татаро-монгольским нашествием 1237–1240 гг., когда на основной территории Руси завоеватели полностью разрушили города, уничтожили население, убив или угнав в рабство практически всех носителей знаний и умений – ремесленников, духовных лиц, торговцев. В бою физически истребили княжеские дружины, состоявшие из носителей военно-административных традиций и «рыцарской» психологии. Достаточно тонкий цивилизационный слой исчез мгновенно, а восстанавливался несколько столетий, ввиду географической отдаленности и религиозной обособленности Руси от культурных центров Запада и Востока. Возрождавшиеся княжества признавали себя вассалами Орды, население платило колоссальную дань и обязано было поставлять воинов в ханские армии, рабов и рабынь. Новые княжеские дворы и дружины набирались из простолюдинов, всецело зависящих от князя и не похожих на вольных богатырей-рыцарей прошлого, типа Ильи Муромца и других героев, оставшихся только в былинах. Множество ремесел умерло, некому было учить стеклянному делу, каменной архитектуре, ковке оружия, эмальерному и другим искусствам, даже грамоте. На этом фоне продолжались бесконечные княжеские усобицы, в которые вмешивались новые суверены – ханы, судившие по своему усмотрению и именовавшиеся русскими князьями византийским титулом «царь», как раньше именовали только владык Константинополя.